友情链接: 三级片在线 韩国三级片 通辽市信息港 通辽信息港二手房 澳门葡京 现金网 新葡京开户 新葡京免费开户 新葡京网上开户 新葡京网络开户 新葡京在线开户 新葡京线上开户 新葡京平台开户 新葡京开户平台 新葡京代理开户 新葡京开户代理 新葡京如何开户 新葡京怎么开户 新葡京怎样开户 新葡京现金开户 新葡京现金网开户 新葡京会员开户 新葡京注册开户 新葡京开户网址 新葡京开户网站 新葡京网址开户 新葡京网站开户 新葡京开户注册 新葡京手机开户 新葡京游戏开户 新葡京赌城开户 新葡京开户官网 新葡京娱乐场开户 新葡京娱乐开户 新葡京国际开户 新葡京官网开户 新葡京真人开户 新葡京娱乐场开户 新葡京娱乐场免费开户 新葡京娱乐场网上开户 新葡京娱乐场网络开户 新葡京娱乐场在线开户 新葡京娱乐场线上开户 新葡京娱乐场平台开户 新葡京娱乐场开户平台 新葡京娱乐场代理开户 新葡京娱乐场开户代理 新葡京娱乐场如何开户 新葡京娱乐场怎么开户 新葡京娱乐场怎样开户 新葡京娱乐场现金开户 新葡京娱乐场现金网开户 新葡京娱乐场会员开户 新葡京娱乐场注册开户 新葡京娱乐场开户网址 新葡京娱乐场开户网站 新葡京娱乐场网址开户 新葡京娱乐场网站开户 新葡京娱乐场开户注册 新葡京娱乐场手机开户 新葡京娱乐场游戏开户 新葡京娱乐场开户官网 新葡京娱乐场官网开户 新葡京娱乐场真人开户 新葡京娱乐开户 新葡京娱乐免费开户
Халкидонский рубеж в русской культуре. Огонь истории

«

»

Окт 15 2017

Халкидонский рубеж в русской культуре

Эпоха Вселенских соборов (IV – VIII вв.) закончилась окончательной победой православного дуализма в догматике православной церкви. Учения Нестория и монофизитов были окончательно изгнаны из христианской ортодоксальной идеологии. В это же время и несторианство, и монофизитство перешли на бытовой уровень и повлияли на формирование стереотипов поведения самых различных народов, в особенности коптов и, в дальнейшем, русских.
Халкидонский собор (451 г.), осудив вышеуказанные ереси, на самом деле открыл дорогу  к  их распространению в парацерковных кругах и массовом сознании.

Спор по поводу «теории Фаворского света» между паламитами и калабрийскими монахами Варлаамом и Анкиндином следует считать точкой отсчета в расколе западноевропейской и восточноевропейской культур.
Официальная христианская церковь, как на Востоке, так и на Западе, признавала православный дуализм, но  на уровнях и подуровнях массового сознания восторжествовали монофизитство на Востоке и несторианство, соответственно,  на Западе.
Русь, приняв христианство из Византии, получила в наследство и «бытовое монофизитство». Степное же окружение ее было в основном несторианским, что осложнило контакты между русским этносом и, скажем, половцами. Хотя русские князья и женились на «красных девках половецких», да и случаев «перекрещивания» невест  в летописях не зафиксировано, контакт все же развивался по принципу отрицательной комплиментарности (по терминологии Л.Н. Гумилева).
Русская литература, в том числе и известное «Слово о Законе и Благодати» митрополита Иллариона Киевского, несет в себе все родовые отпечатки монофизитства, то же самое мы наблюдаем  и в творчестве древнерусского писателя-богослова Кирилла Туровского.
«Русское» монофизитство, фактически, успешно надело маску православного дуализма, что, впрочем, и неудивительно, ибо христианские вероучители на Русь приезжали в основном не из центров православной Византийской империи, а с ее окраин, куда монофизиты вынуждены были удалиться в VIII в. после поражения иконоборческих движений.
Активное неприятие русским этносом западной культуры становится понятным, именно, в ракурсе культурного конфликта между несторианством и монофизитством.
Удар, который нанесли монголы по Средневековой Руси в XIII веке, привел к усилению эсхатологических настроений среди народа, несмотря на побратимские отношения между Александром Невским и Сартаком (существует версия о том, что он даже был посвящен в сан диакона), вся политика великого князя рассматривалась подавляющим большинством людей, как защита от антихристианского (читай, антимонофизитского) воздействия татаро-монголов и, конечно же, как преграда распространению католичества (читай, несторианства) на Руси.
Если учитывать тот факт, что в догматике различия между католичеством и православием в этот период  не столь уж велики, то резкий антикатолический пафос в русской литературе будет не вполне понятным.
Монофизитские тенденции в русской культуре и быте не иссякли и после татаро-монгольского ига. Следует оговориться, что эти традиции  обнаруживались отнюдь не  в проявлении «чистого» монофизитства, а скорее в его модусах, модернизированных  Евтихием и Бар-Судаили («Вся природа единосущна с Богом…»).
Церковные дискуссии между «иосифлянами» и сторонниками Нила Сорского – это противостояние между православным дуализмом и монофизитством.
Несомненной для нас представляется параллель между «всешутейшими соборами» Петра I и византийского императора-монофизита Михаила, выделенная Ю. Лотманом.
Реформы церковного управления, проведенные Петром Алексеевичем, на первый взгляд, навеянные западноевропейскими идеями, по нашему мнению, носят некий монофизитский характер.
Разрушение православного патриаршего управления неизбежно сказалось и на разработке православной догматики в России. Возможным проявлением монофизитства стало возрождение старчества в Русской Православной церкви в XIX – XX вв.
Исходя из этого, мы можем утверждать, что идеи, запрещенные официально, казалось бы, изгнанные из обращения, продолжают существование во времени, переводясь в иные культурные диапазоны, и порой показываются в самых неожиданных формах.

comments powered by HyperComments

Об Авторе

Александр Гончаров

Историк, кандидат филологических наук, корреспондент информационного митрополичьего центра «Православное Осколье»