友情链接: 三级片在线观看 三级片电影 伊人大香蕉 大香蕉伊人 韩国伦理电影 日本伦理电影 澳门上葡京 葡京国际娱乐赌场 澳门上葡京官方网站 澳门葡京国际 上葡京国际 葡京国际在线 葡京网上娱乐 老葡京赌场官方网站 澳门葡京网上娱乐 葡京网上娱乐 上葡京备用网址 上葡京登录 上葡京娱乐平台 澳门葡京网址 老葡京娱乐 葡京游戏网址 葡京娱乐网站 葡京网站赌博 葡京网上娱乐赌场 葡京安全上网导航 葡京彩票官网 葡京游戏城 手机棋牌游戏平台 葡京娱乐场网站 上葡京最大赌场 澳门上葡京赌场 澳门葡京游戏中心 上葡京娱乐场网站 葡京开户网址 澳门葡京官方网址 澳门葡京官网网址 澳门葡京平台 澳门葡京赌场注册 澳门葡京会员注册 澳门葡京赌场开户 澳门葡京会员开户 澳门葡京官网注册 澳门葡京导航 澳门葡京代理开户 葡京真人开户 澳门葡京投注 葡京注册送钱 葡京平台开户 葡京开户网站 澳门葡京娱乐网站 澳门葡京网投 葡京开户 澳门葡京国际娱乐 澳门葡京赌场 澳门葡京博彩 澳门葡京集团 澳门普京 澳门葡京 葡京娱乐官网 葡京在线 葡京下注网址 澳门葡京网上娱乐 葡京代理注册 澳门葡京代理注册 澳门葡京在线 在线葡京 在线澳门葡京 葡京投注网址 澳门葡京投注网址
Монархия и массовая культура. Огонь истории

«

»

Фев 05 2018

Монархия и массовая культура

В XXI веке масса определяет все. Ее вкусы, требования, запросы диктуют условия существования потребительского общества. Хотя масса и аналог толпы, но люди в ней соединены друг с другом посредством средств массовой коммуникации (СМК), а отнюдь не стоят плечом к плечу.

Масса без СМК не существует и, в конце концов, ее и не было до появления их. Попытки обнаружить массу в Древнем Риме или даже Вавилоне – это увод от подлинного положения дел. Технический прогресс послужил в качестве катализатора для создания массы, массового общества и массовой культуры. В образовании массы нет прогресса, нет и регресса, это некий индикатор стагнации в развитии человечества. Стирание индивидуальностей, сведение всего и вся к примитивным интересам и привычкам, торжество серости – чему уж тут радоваться?

Социолог Марсель Мосс писал: «Все социальное тело одушевлено одним движением. Индивидуумов больше нет. Они становятся, так сказать, деталями одной машины, или, еще лучше, спицами одного колеса, магическое кружение которого, танцующее и поющее, было бы образом совершенным, социально примитивным, воспроизводимым, разумеется, еще и в наши дни в упомянутых случаях, да и в других тоже. Это ритмичное, однообразное и безостановочное движение непосредственно выражает то душевное состояние, когда сознание каждого захвачено одним чувством, одной немыслимой идеей, идеей общей цели. Все тела приходят в одинаковое движение, на всех лицах одна и та же маска, все голоса сливаются в одном крике; не говоря уже о глубине впечатления, производимого ритмом, музыкой и пением. Видеть во всех фигурах отражение своего желания, слышать из всех уст подтверждены своей убежденности, чувствовать себя захваченным без сопротивления всеобщей уверенностью. Смешавшиеся в исступлении своего танца, в лихорадке возбуждения, они составляют единенное тело и единую душу. Именно в это время социальное тело действительно существует. Так как в этот момент его клетки-люди, быть может, так же мало отделены друг от друга, как клетки индивидуального организма» (Цит. по: Канетти Э., Московичи С. К. Монстр власти. – М., 2009. – С. 46.).

Мосс рассуждает красиво и верно, но он не прав только в одном. Перед нами не организм и клетки, а механизм и детали. Масса – механическое образование, а массовая культура – это то, что формирует этот механизм.

Но в цитате из Мосса слышится и отзвук чего-то иного. Уж не к демократии можно приложить его слова? Нам думается, что можно.

Да и теоретики массовой культуры отмечают, что, наряду с коммерциализацией и приспособленностью к потребностям среднестатистического потребителя, она тяготеет к демократии. Иерархия ценностей, статусов, положений, морально-нравственных категорий неведома ни массе, ни массовой культуре. Механизму не нужны сердце, дух и разум. А массовая культура как раз и живет инстинктами и внушением, без духа, сердца и разума.

В подобных условиях идея монархии неизбежно исчезает или изменяется до неузнаваемости в рамках массовой культуры. Для любви к монарху нужна личность, для осознания своего долга перед монархом важен человек долга и чести, для проникновения в сакральный смысл монархии важна индивидуальность. Но масса растворяет индивиды в одинаковых волениях и хотениях. Демократия − вот то, что массы понимают и принимают. Монархия и христианство иерархичны, а, следовательно, изгоняются постепенно из массовой культуры.

В популярных образцах произведенных массовой культуры монархия иногда встречается, но это монархия опереточная и не имеющая никакого отношения к действительности.

В массовой культуре особое место занимает продукция Голливуда, тиражируемая конвейерным путем. И здесь уж не обойтись без анализа псевдофантастической киносаги «Звездные войны» Джорджа Лукаса, начавшей свое воздействие на потребителя в 1977 году и продолжающееся и до сих пор. «Вселенная» Лукаса породила даже свою квазирелигию – джедаизм и серьезно влияет даже на быт и мышление поклонников «Звездных войн».

Монархия в «Звездных войнах» показана, прежде всего, в негативном ключе. На смену Галактической Республике приходит Галактическая Империя с тираническим правлением лорда-ситха Дарта Сидиуса, ставшего верховным правителем в результате интриг и обмана. Разработчики «Звездных войн» никогда и не скрывали, что таким образом они как бы отразили в будущем историю Древнего Рима. Настоящая монархия для создателей серии фильмов «Звездных войн» − безусловное зло. Правда, выяснить, в чем оно заключается, возможности киноман и не получает. Сторонники монархии просто совершают немотивированные злодейские поступки, которые в реальных условиях привели бы монархию к краху без всяких повстанцев. Строительство императором супероружия «Звезда Смерти» − вообще верх идиотизма. Зачем разрушать звезды или планеты, принадлежащие твоему государству, впрочем, как и возможные приобретения? Силы Империи и так вполне справлялись с повстанческим сбродом.

Однако и среди повстанческих сил периодически попадаются вроде как монархини: королева планеты Набу − Амидала и принцесса Алдераана – Лея Органа. Однако это липовые представительницы монархии. Падме Амидала – королева по избранию, Лея Органа, так и совсем не напоминает монархиню. И обеих дам тянет в Галактический Сенат, как кошек к куску колбасы. Республиканизмом страдают, однако.

По сути, на полноценного монарха ни Дарт Сидиус, ни Амидала, ни Лея не тянут. Первый – карикатура на императора, вторая и третья – на королев. Тем более никакой легитимации сакрального типа не имеется. И религия в далекой, далекой Галактике весьма странная, странная. Упоминание некоей Силы ничего не дает для ее атрибуции. С таким же успехом можно поклоняться закону Ома или теореме Ферма.

На удивление единственным кандидатом в классические монархические правители остается предводитель расы земноводных гунганов – король Босс Насс. Этот персонаж комический. Так что здесь монархический принцип косвенно осмеивается.

В массовой культуре за последнее десятилетие получили известность фильмы по произведения Дж. Р. Р. Толкина «Хоббит» и «Властелин колец». Сам Толкин был католиком и сторонником английской монархии. Причем во «Властелине колец» монархия, фактически, воспевается. Но кинорежиссер и сценаристы этого не заметили и никак не отразили на экране. Хотя это и трудно было сделать, но они справились на потребу и радость обывателю. Итогом стало то, что правители гномов оказались похожи на вожаков разбойничьих банд. Эльфийские властители вышли бесцветными монархами, а эльфийское общество, практически, оказалось лишенным иерархии. Нечто царственное просыпается временами в образе Элронда, но и быстро засыпает. Но больше всего не повезло Арагорну, которого все ждут как истинного короля. Арагорн – лихой рубака и верный друг. Только и всего. Но царственность у него проявляется все же два раза: при разговоре с призраками на «пути мертвых» и при решении об отвлекающем походе на Мордор. А в произведении у самого Толкина есть прямой отсыл к королям-чудотворцам в традициях европейского Средневековья. Припомним эпизод из третьей части книги:

«Вдруг Фарамир пошевелился, открыл глаза, увидел склоненного над ним Арагорна – и взгляд его засветился радостью узнаванья, и он тихо промолвил:

– Государь, ты вызвал меня из тьмы. Приказывай – я повинуюсь.

«Очнись и бодрствуй, не блуждай более в сумраке», – сказал ему Арагорн. – Перемогай усталость, отдохни, подкрепись и жди моего прихода.

– Исполню все, как велишь, – отвечал Фарамир. – Государь воротился в Гондор, и с ним одоленье немочей!

– Так до свидания же! – сказал Арагорн. – Я пойду к другим раненым.

И он вышел из палаты с Имраилем и Гэндальфом, а Берегонд и сын его остались возле Фарамира, они себя не помнили от счастья. Пин пошел за Гэндальфом и, притворяя дверь, услышал возглас Иореты:

– Государь! Нет, вы слышали? А я что говорила? Я же сказала: «В руках Государя целебная сила».

И вскоре по городу разнеслась молва, что в Минас-Тирит явился Государь, что он не только воитель, но и целитель».

Так что роман Толкина до конца препарировать не удалось. Гэндальф вышел откровенным монархистом, продвигающей возвращение на трон объединенного королевства людей законного наследника. Да и образ короля рохирримов Теодена в фильме явно выпадает из демократического видения монархии.

В массовой культуре монархические правители раскрываются только с внешней стороны. Внутреннюю сторону монархизма Голливуд и иже с ним не понимают и не признают. Вероятно, это стало одной из причин почему перестали экранизировать «Хроники Нарнии» К. С. Льюиса. Уж больно по-христиански выглядели юные короли и королевы Нарнии. А фраза короля Лума из пятой хроники «Конь и его мальчик» полностью выпадает из стереотипов массовой культуры: «Хочешь, я скажу тебе, что значит быть королём? Так вот: первым – в любой безнадёжной атаке и последним – при самом позорном отступлении. Когда в стране голод – носить самые изысканные одежды и смеяться за скудной трапезой громче, чем кто-либо другой в твоей стране.» Так что The Walt Disney Company своевременно для нервов человека массы остановила экранизацию…

Мы рассмотрели лишь некоторые лучшие примеры из массовой культуры и киноиндустрии. В менее талантливых и честных фильмах и книгах, запускаемых на орбиту потребления, монархии достается на полную катушку. Жадные, тупые, жестокие, сладострастные короли и князья сменяются безвольными, демократическими в поведении, стыдящимися происхождения и власти ханами и царями – таков «монархический» круговорот в массовой культуре. И господин потребитель тычет пальцем в монитор: «О! Смотри-ка, а королишка подобен мне!»

В массовой культуре спокойное и честное отображение монархии невероятно. И об этом надо постоянно помнить и сторонникам восстановления Русского Самодержавия, да и всем тем, кто старается мыслить самостоятельно.

Праведный Иоанн Кронштадтский учил: «Демократия в аду, а на Небе Царство». А преподобный Феодор Студит (759-826) писал: «Бог даровал христианам два высших дара священство и царство, посредством которых земные дела управляются подобно небесным».

Святых надо и почитать, и слушать. Они не лгут…

comments powered by HyperComments

Об Авторе

Александр Гончаров

Историк, кандидат филологических наук, корреспондент информационного митрополичьего центра «Православное Осколье»